Смерть по-французски или энергия разъединения в любви

Сегодняшний разговор о смерти по сути является разговором о мужчинах и женщинах, об отношениях, об энергиях влечения. Материалом для его основы стали два значимых события, которые произошли в прошлом месяце в Москве: телемост с Ирвином Яломом и приезд французского психоаналитика Бернара Пено.

Французский психиатр и психоаналитик Бернар Пено впечатлил меня дважды. Как, собственно, его доклад, логика, символика, метафорика, так и переживание невозможности совершенно новых для меня связей между смертью и влечением.

Остальное – например, переосмысление границ в отношениях мужчины и женщины – происходило в моей голове за рамками доклада, тем не менее не упомянуть об этом невозможно... Но прежде чем последовать за логикой гуру, кажется важным вписать проблематику темы смерти в контекст современной культуры.

 

Тема смерти в современной западной культуре считается вытесняемой из сознания

На то есть указание современных культурологов (в первую очередь, я имею ввиду Жана Бодрийяра [книга “Символический обмен и смерть” – авт.]). О вытеснении смерти также свидетельствует расцвет индустрии пластической хирургии и современной косметологии, способствующих продлению молодости и как можно более долгой отсрочке старости, избеганию смерти как ее логического завершения. В свете сказанного, становится закономерным обращение гуру современной психотерапии к ресурсу смерти, к осмыслению смерти  как части целостности жизни.

В прошлом месяце в Москве произошло сразу два события, возвращающих в нашу культуру смерть: телемост Ирвина Ялома Калифорния-Москва и приезд из Парижа Бернара Пено, представившего тему смерти в совершенно ином, возбуждающем и пленяющем сознание ключе.

Оба эти выступления роднит еще один замечательный факт: методологи ведущих мировых направлений психотерапии опирались в своем философском осмыслении темы смерти на русских классиков. Ялом упоминал работы Толстого Достоевского и Набокова. Бернар Пено - Достоевского, Чехова, Толстого, Булгакова, Пастернака, Ахматову и Лермонтова.

 

Смерть как возможность переоценки истинного смысла жизни

Когда говорят о смерти в психотерапевтическом пространстве, то обычно имеют ввиду классическое понимание смерти как физического (биологического) умирания. Экзистенциальное направление (Ирвин Ялом) рассматривает смерть, ее близость и неминуемость, как возможность переоценки истинного смысла жизни.

По сути, смерть, ее данность, дарует человеку возможность быть живым. Бернар Пено, как психоаналитик и истинный француз, следует за логикой Фрейда и предлагает сексуальную коннотацию смерти. Однако при этом его концепт больше отвечает современной психотерапевтической практике, да и бытию – ведь реконструкция понятия смерти в его исполнении идет от своего метафорического и методологического осмысления в плоскость практического.

 

Наряду с Эросом принято говорить о Танатосе, наряду с Любовью – о Ненависти, наряду с Созиданием – о Разрушении

Фрейд заложил основу амбивалентности влечений: наряду с Эросом стало принято говорить о Танатосе, наряду с Любовью - о Ненависти, наряду с Созиданием - о Разрушении и так далее. Однако амбивалентная влечению сила рассматривалась скорее как идея, и в психотерапию привлекалась, как красиво сформулировал Пено, как некий «Джокер».

Таким образом, если сила соединения в классическом психоанализе была предложена в динамике (удовлетворение во влечении происходит путем захвата и удержания), то сила разъединения или развязывания - в статике (как некий «чистый» принцип, постулат наличия некой амбивалентной силы – влечения к смерти).

Бернар Пено полагает, если процессы связывания мы принимаем в динамике, то и процессы развязывания нельзя лишать динамики. Следуя этой логике французский психоаналитик постулирует, что процессы разъединения во влечении являются следствием сверхвозбуждения.

 

Процессы разъединения в любви – это следствие сверхвозбуждения

Развязывание необходимо рассматривать как условие субъективации, то есть переживания своей отдельности и цельности от партнера. Невозможно представить себе процесс развития, опираясь только на концепт Эроса. Развитие влечения не может обойтись без антагониста, в организации психической жизни важны не только процессы связывания, но и процессы развязывания. Те, кто оспаривают влечение к смерти в любви – игнорируют это развязывание или разъединение.

 

Развитие влечения не может обойтись без антагониста, важны не только процессы связывания, но и процессы развязывания, разъединения...

Таким образом, Бернар Пено предлагает взгляд на энергетическое влечение, которое состоит из связывания (равно эросу или влечению к слиянию) и развязывания (или влечению к смерти или разъединению). Вслед за Фрейдом психоаналитик предлагает считать, что сила влечения зависит не от знака его сил, которые всегда разнонаправлены, а от количества той или иной энергии.

Прилипчивость либидо не позволяет описывать всю его полноту, отсоединение либидо не менее важно, чем слияние во влечении. Если бы влечение описывалось только связыванием, то это звучало бы: «Я тебя люблю, я тебя сожру!» или «Связывание делает все единым и одновременно делает из нас ослов».

Во влечении содержится пара противостоящих сил, субъективация требует, чтобы мы взяли дистанцию. Чтобы существовать, необходимо отодвинуться. Чистая культура Эроса без противоположной части настолько же смертоносна, как и культура смерти в ее классическом понимании.

 

По итогам Телемоста Ирвина Ялома готов фильм. Приобретайте его для личной коллекции!

Источник

Facebooktwitterlinkedinrssinstagram

Написать комментарий